Основы Ведической философии

00:00:00 Ом намо Бхагавате Васудевая
нараянам намаскритья
нарам чайва нароттамам
дэвим сарасватим вьясам
тато джаям удирайет
нашта-прайешв абхадрешу
нитйам бхагавата-севайа
бхагаватй уттама-шлоке
бхактир бхавати наиштхики

Самбандха-гьяна — фундаментальное знание

00:00:57 Темы, которые мы будем обсуждать, являются фундаментальными темами, как это сказать, теистической философии. Фундамент очень важен. Например, если мы не понимаем, для чего создан этот мир, то нам очень трудно в нём функционировать. То есть, если здание создано, для того чтобы там занимались спортом — стадион. И часто на стадионах, теперь, делают звуковые площадки, для выступления артистов. Это самый отвратительный звук, какой может быть, потому что, для того чтобы исполнялась музыка, нужна специальная акустика, у стен, у всего.

00:01:47 Это всегда проблемы. Соответственно, если мы понимаем, для чего создан этот мир, для чего нам дано тело, что такое душа, эти фундаментальные вещи относятся к категории, на санскрите «самбандха гьяна». Гьяна — знание. Самбандха. В самбадху входит много таких понятий, как, например, кто такой Бог, кто такие мы, как устроен материальный мир, какие наши отношения с Богом, как отсюда вырваться или нужно ли вообще вырываться и так далее. Вот все эти темы — фундаментальные. На них нужно положить до восьмидесяти процентов своего времени. Если взять всё остальное. Потому что этот мир не просто устроен, он вас будет испытывать. И если фундамент слабый — то здание в виде веры будет рушиться, что очень часто и происходит. Люди вдохновляются, им что-то нравится, они начинают практиковать в той или иной конфессии, как какое испытание — Бах! Готов.

Испытание веры

00:02:53 И я вам скажу, когда пошли серьёзные послеоперационные боли, так как у меня отделяли от кости надкостницу, и когда её пришили… Андрей Котов, у нас тут есть врач, он говорит: «Это самые тяжёлые боли», там все нервы проходят, все каналы. И оно ещё не срослось и двигалось, я вот так челюстью делал, и у меня там всё ходило внутри. Я дважды «ломался». Я об этом дам специальную лекцию, о видах боли и, как она влияет на сознание. Но, что такое «ломался», то есть вера подвергалась серьёзным испытаниям. Потому что были моменты, когда ты начинаешь сходить с ума от боли. И спасала тридцатилетняя практика, то есть, знание философии.

00:03:49 Ум бесится, а у разума есть доводы для ума. Нормальный, серьёзный человек должен понимать разницу между умом и разумом. И в курсе «Йога как она есть» этому уделяется много времени. Может я видел диалог ума с разумом. Ум говорил: «Всё, не!», а разум говорил: «Ну, подожди, это же вот так и вот так» — «А ну да…». И ум отступал со всеми своими чувствами, психозом, истерией, присущей в такие тяжёлые моменты. Потому что ум настроен на то, чтобы хорошо было чувствам. А чувствам плохо. И начинается тихий кошмар. Мне очень понравились письма, которые мне приходили, и суть этих писем заключалась в том, что люди писали: «А за что Вам так? Как же может Бог не помогать?».

00:04:47 То есть, я сразу понял, что большинство не знает философии. Бог и помогает, тем, что даёт такую боль. Отсюда, если не объяснить это до конца, у людей начнётся паника: «Ага, будешь практиковать, значит, точно попал на такую операцию или аналогичную». И что? Это может затормозить практику. Любой человек подумает: «Ой-ой, а мне нужны такие испытания?». А если ещё вспомним, сколько святых вообще пытали. — «Ой-ой-ой, посижу тут тихо в своём курятнике». — «А где тут вообще блаженство, которое вроде бы, как обещали?». Поэтому, фундаментальное знание — крепкое. Оно должно подвергаться разумным, рациональным сомнениям. Не тупым сомнениям: «Не верю, не знаю».

00:05:48 Покажите, ну покажите мне радиоволны, ну кто их видит? Не всё можно увидеть глазами. Мы сейчас будем говорить о принципах авторитета, о той личности, литературном воплощении Бога — Вьясадеве, который записал Веды и дал нам их, как инструменты для духовной практики. Ему его духовный учитель говорит: «Ты способен видеть прошлое, будущее, настоящее. Ты способен видеть. Ты способен описать игры Верховной Личности Бога. Ты способен». То есть, есть качества. Вот эта способность видеть не такая вот, знаете: очки есть, потому что я их вижу. А современная философия, которую нам навязывают, она говорит: «Не пойман — не вор». То есть, старается сокрыть факты, какого-то преступления. Ну, какие-нибудь там воры, бандиты…

00:06:55 И вот люди говорят: «Вот этот человек плохой». А он говорит: «А докажите». А не надо доказывать, надо видение иметь. Достаточно на человека посмотреть. Достаточно одно-два слова услышать от него на абстрактную тему, чтобы понять, что он это делал. Хотя доказать это нельзя. Для чего нам нужно видеть, иметь такое видение? Для того чтобы наша вера в момент испытания усиливалась, укреплялась. Тренажёрный зал нужен для того, чтобы накачивать мышцы. И когда мы знаем, что материальный мир — это тренажёрный зал, оказывается, для накачивания нашей веры. Тогда нормально. А когда мы заходим в фитнес клуб и думаем: «А где же тут лечь-то? Да уберите вы эти все гантели, мне неудобно» — «А что же ты сюда лечь пришёл?». Или: «А где стол? Я сейчас тут кушать буду. Да что же здесь везде эти эспандеры, гири, гантели». — «Нет, тебе надо поднимать здесь». — «Вы, что обалдели? Куда же это тянуть-то? Мне же неприятно».

00:08:15 Интересный у меня был диалог с хирургом, он человек от Бога. Любой талантливый человек от Бога. Это понятно. И он очень занят, у него нет ни на что времени. И я ему пишу смску, потому что пошли адские боли, я не был готов, он не предупредил, и я ему пишу: «Вы, вообще где?». Осмотр положен, уже пятый день, а я его не вижу, ни разу. А он мне каждый день пишет: «Завтра в пять», и не приезжает. На следующий день: «Завтра в четыре», и не приходит. Он загружен. И я ему пишу: «Один раз можно выполнить своё слово?». Он мне пишет: «Вы мне больно сделали. Я всегда выполняю свои слова». И наконец-то мы с ним [встретились], и он как маленький ребёнок весь надутый. Знаете, мальчика обидели.

00:09:09 И я говорю: «Я очень хочу извиниться за причинённую вам боль». Надутый мальчик что-то мне смотрит, и я говорю: «А вы, что не извиняетесь за причинённую боль?». Он говорит: «Так это же вам на благо». Я его поймал. Я говорю: «А вам во вред. Вы талантливый человек, если вы не держите свои слова, то вас перестанут уважать, хотя вы — талант. Не можете, не обещайте. Напишите: «Не могу». Это на благо. Мне намного легче вам лицемерить. Хотите, чтобы я вам лицемерил? От этого же ничего не поменяется». �