Медитации в Ришикеше

24 апреля 2011
Дорога в Ришикеш. Мать Ганга. Прощание с губной гармошкой. Песнь реки. Встреча с обезъяной. Ашрам Махариши Махеш Йоги. Встреча с Махавирдасом Татвалу Бабой.
аудиокнига для начинающих из раздела «Религия и духовность» со сложностью восприятия: 1
длительность: 01:04:46 | качество: mp3 64kB/s 29 Mb | прослушано: 1844 | скачано: 958 | избрано: 42
Прослушивание и загрузка этого материала без авторизации на сайте не доступны
Чтобы прослушать или скачать эту запись пожалуйста войдите на сайт
Если вы еще не зарегистрировались – просто сделайте это
Как войдёте на сайт, появится плеер, а в боковом меню слева появится пункт «Скачать»

00:02:37 1970-ый год уже близился к своему завершению. Мне только что минуло 20, и мечты о Гималаях манили меня на север. Мне немного было известно о том, куда я шел. Единственное, что я знал, что эта часть Индии была родиной многих великих мудрецов и святых людей, которых я ужасно хотел повстречать, чтобы перенять у них знания.

00:03:06 Я был на столько взволнован тем, что нахожусь в Индии, на пороге великого открытия, что у меня не было времени, чтобы скучать по своей семье. Мои родные не знали, где их письма смогут найти меня, поэтому я не получал от них ни единого письма с самого момента своего прибытия сюда. И все же, прежде чем предпринять путешествие в Гималаи, я написал домой следующее послание: «Моя дорогая семья, сегодня я ухожу из Дели в горы, чтобы учиться там. Я не знаю, будет ли у меня там, куда я иду, возможность писать вам часто. Прошу вас, не волнуйтесь, если я какое-то время не буду писать вам. Что со мной может случиться, когда Бог на моей стороне? Люблю вас и помню. Ричард».

Дорога в Ришикеш

00:04:18 В вагоне третьего класса я бесплатно проехал на поезде и направился в Ришекеш — священный город в Гималаях, известный своими многочисленными ашрамами. Пока паровоз с пыхтением продвигался вперед, оставляя позади Дели в вздымающемся хвосте черного дыма, я наблюдал из своего окна за восходом солнца и молился, чтобы паломничество в Гималаи открыло мне новый день в моих духовных поисках.

00:04:51 Несколько часов спустя я прибыл в Харидвар — святое место на берегу Ганги, приблизительно к 140 милях к северо-западу от Нью-Дели. Оттуда я уже пешком преодолел оставшиеся 15 миль до Ришекеша. К тому моменту я уже прочитал, жадно проглатывал страницу за страницей духовные легенды Гималаев. Просто находится здесь, уже было исполнением желаний.

00:05:21 Когда передо мной впервые открылся вид Гималайских предгорий, я был взволнован сверх всяческих ожиданий. Подножье гор было покрыто густыми зелеными лесами. Каждое дерево, что я видел, словно источало умиротворение. Я, одинокий странник, карабкался по глиняной пешеходной дорожке, весь обуреваемый радостными предчувствиями. Еще издалека я увидел нечто такое, что, словно искра, вызвало во мне целый взрыв эмоций. Река Ганга. Я поспешил вперед и опустил в прохладные стремительные голубые воды свои ладони.

00:06:00 Меня всего колотило. Просидев в этом уединенном месте где-то около часа, я пошел прогуляться по берегу реки и наткнулся на миссию божественной жизни — ашрам известного гималайского святого Свами Шивананды. Это был ашрам, где он медитировал и основал свою школу. Он был гуру Свами Сачитананды, правящего вудстокского гуру, с которым я встречался в Дели. Многочисленные труды Шиванады, его гуманитарная деятельность и личный пример принесли ему мировую известность. Я уже прочитал некоторые его работы, и был бесконечно счастлив оказаться в этих местах. Зайдя внутрь и побеседовав с некоторыми из его последователей, я узнал, что прежде, чем Свами Шиванада покинул этот мир в 1963 году, он избрал своим приемников Свами Читананду Сарасвати среди своих опытных учеников.

00:07:00 Оказалось, что когда я пришел в ашрам, Свами Читананда находился там. За те несколько дней, что я оставался в ашраме, я буквально пропитался его умиротворяющей атмосферой. Я узнал, что ашрамы столь распространенные по всей Индии, поддерживаются последователями разных гуру, имеющих связи с современным миром бизнеса и торговли.

00:07:24 Когда миновал мой четвертый день пребывания там, я спросил, можно ли мне встретиться с Свами Читанандой. Я был препровожден в простую комнату, где меня приветствовал сам Свами, необычайно дружелюбный, почтительный и скромный человек, пригласивший меня занять место рядом с ним на полу.

00:07:45 Свами Читананда, как я узнал от его учеников, родился в 1916 году в Южной Индии, и был самым старшим сыном сказочно богатого землевладельца. В возрасте 20 лет он услышал призыв вести жизнь отреченного монаха, отказавшись от всех материальных благ во имя служения Богу.

00:08:09 Это было как раз то время, когда он начал ухаживать за больными проказой, строя для них хижины на просторных лужайках своего дома, и лично проявляя о них всяческую заботу. В 1943 году он окончательно покинул дом и переехал жить в ашрам с Свами Шиванандой в Ришекеш, где вскоре был признан блестящим лектором. Каждое утро я приходил на его лекции. Он был худощав, с обритой головой и носил одеяния шафранового цвета. Его почитали все, и гималайские аскеты, и отшельники, и искатели истины с запада. Свамиджи сидел в позе йога со скрещенными ногами. Говорил он по-английски весьма и весьма красноречиво, помогая себе четкой жестикуляцией.

00:09:00 «Жизнь предназначена для осознания Бога!, - подчеркивал он. - Если вы умираете, не осознав Господа, значит, жизнь проведена впустую! Вы растратили этот бесценный дар рождения в человеческом теле, данный вам Богом!». Он вычленил обычную проблему среди людей, занимающихся духовными практиками. «Медитации можно предаваться утром и вечером, но если это происходит во время рабочей деятельности, в течении делового дня, то является показателем мелочности, показушничества и эгоизма. Это, - как уверял Свами, - уничтожает все то, что достигается часами, проведенными в медитации».

00:09:44 Особенно он подчеркивал значение культивирования достоинства, как фундаментальной части духовного развития каждого. Он сравнил такое культивирование достоинства с работой по удалению камней, гальки, сорняков и колючек на участке, чтобы создать такую плодородную почву, где бы можно было возделывать сад.

00:10:08 «В течение дня каждый из нас должен приносить себя в жертву другим», - так он учил. «Мораль и высокая этика, - говорил он, - подобны корням у древа йоги». Он подчеркивал, что ученику необходима уверенность, что в этот век вполне возможно достичь осознания Господа путем чтения Джапа мантры — повторение святых имен Бога. «Вы должны повторять имя Господа, - учил он, - покуда не достигнете такого состояния, когда Джапа будет продолжаться в уме непрерывно, сидите ли вы, или стоите, принимаете пищу или питье, гуляете или работаете, просыпаетесь или спите». Я не знал, как повторять имя Бога, но учение Читанады произвело на меня очень сильное впечатление.

00:11:03 Как-то вечером, когда мы вместе с ним сидели на полу его залитой светом фонаря комнаты, глядя на Гангу и Гималайскую долину, Свами с энтузиазмом принялся описывать мне подробности моих путешествий, с просто поразительной точностью, и даже озвучил мои самые личные мысли.

00:11:22 Он рассказал, как я оставил свой дом и почувствовал жгучую страсть попасть в Индию, как в дороге я рисковал собственной жизнью, чтобы добраться сюда. Я никогда не говорил ему об этих вещах, но ему всё это было отлично известно. Покуда он проливал на меня свои благословения, я сидел в благоговейном молчании. Это было такой редкостью, встретить кого-то, кто обладал таким могуществом и известностью, и кто мог оставаться на столько простым и сердечным.

00:11:59 Чувствуя потребность в уединении и желание очиститься, я поблагодарил Свами Читананду и покинул ашрам. На следующее утро, сидя на берегу Ганги, я составлял коротенькое письмо своей матери. «Моя любимая мама, сейчас я занимаюсь тем, чем я думаю и должен был заниматься здесь. Ришекеш — это священный город на берегу реки Ганги. Я чувствую, что в мире и спокойствии, которые я нашел здесь, можно научиться многому.

00:12:32 Мне очень трудно рассказать тебе, чем я занимался всё это время. Я же не турист или экскурсант. По большому счету я ищу свою собственную душу. Жизнь на востоке совершенно разительно отличается от той, к которой привыкли в Америке или Европе. Здесь все абсолютно по-другому. Очень трудно сказать, когда я вернусь, но одно я точно скажу, я сильно скучаю по всей нашей семье, и по всем друзьям, и мне ужасно хочется увидеть всех вас.

00:13:06 Но ты должна понимать, что мне необходимо выполнить то, для чего я здесь, на востоке — найти истинный смысл жизни. Твой любящий сын, Ричард. Индия, Гималаи, Ришекеш. Январь 1971 года.

Мать Ганга

00:13:40 Я сел на борт переполненной лодки, чтобы перебраться на восточную сторону Ганги. Большие рыбины роились вокруг маленького судна, покуда мы плыли в сверкающем потоке вод. Прохладный бриз овевал меня. Я вдыхал его глубокими глотками, прислушиваясь к гипнотизирующему речитативу студентов на берегу реки, вслух читающих Веды — священные писания.

00:14:05 Перебравшись на другую сторону, я в поисках уединения в одиночестве побрел по набережной Ганги в юном направлении. Найдя укромное место, я погрузился в медитацию, чувствуя себя за миллионы миль от того мира, который я знал.

00:14:21 Несколько часов спустя я услыхал, как кто-то приближается ко мне, медленно ступая и неотрывно глядя на берег реки, ко мне подходил какой-то святой человек с лицом золотистого цвета и седой бородой. Волосы его ниспадали на самые плечи, а одежда струилась под легчайшим горным ветерком. Он весь лучился умиротворением и спокойствием. Я поднялся, чтобы поприветствовать его. Окинув меня мягким взглядом своих огромных глаз, он заговорил: «Ты не знаешь, кто я, но я тебя знаю. Я долго наблюдал за своими действиями. А сейчас предложи свою одежду реке Ганге, и я вручу тебе одеяние Садху».

00:15:08 «А что такое Садху?» - спросил я. «Садху означает странствующий нищий, оставивший мирские привязанности, дабы вести жизнь божественную. Попросту можно сказать, это монах». На берегах священной реки он вручил мне два куска тончайшей белой ткани без швов, вытканные их хлопка.

00:15:32 Он показал мне как правильно обернуть одно полотнище вокруг нижней части туловища, чтобы получилась лунги, а другое — вокруг верхней части, чтобы образовался чадо. Затем он дал мне что-то вроде набедренной повязки из двух полосок хлопка, называемых каупина. Польщенный принятием такого дара от этой бескорыстной щедрой души, я предложил свою западную одежду широкому потоку реки и вознес молитвы. Моя водолазка и джинсы исчезли навсегда.

00:16:14 Перед тем как уйти, он кое-что прошептал мне на ухо. Принимая во внимание то, что я только что написал в своем письме домой, я ужасно поразился этому. «Твоей матерью будет Ганга, - произнес он, - она раскроется тебе в свое время».

00:16:32 Несколькими днями позже я натолкнулся на Веданикитан, небольшой уединенный одноэтажный ашрам, состоящий из дюжины аскетичных комнатушек. Его обитатели, как и многие, кого я встречал, готовились к Кумбха-меле — одному из самых крупных религиозных фестивалей по всей Индии. Едва я услыхал, что туда собираются 20 тысяч человек, я решил остановиться рядом с ними. Неподалеку от Веданикитана я разыскал пещеру в лесу, где оборудовал свою резиденцию.

00:17:06 Каждое утро перед восходом солнца я отправлялся на берег матери Ганги и вглядывался в её быстрые потоки. Ее глубина в этом месте была наверное ярдов 100 (100 ярдов = 91.44 метра), а берег устилал мягчайший серебристый песок. Нагромождения гладких ровных камней теснились на её берегах, словно многоцветные драгоценности, от крошечной гальки, до огромных валунов, весом в 1000 фунтов.

00:17:33 Ощущая себя недостойным лицезреть такие сокровища, я чувствовал отчаянную потребность в очищении. Прямо там я принял для себя решение, что в течение одного месяца буду сидеть в тишине и молитвах с восхода и до заката солнца. Я молился, чтобы мне открылось подходящее место. И вот, прямо перед своими глазами я увидел целый ряд небольших камней в реке. Они образовывали собой естественный мостик, ведущий к самому большому камню, чуть более плоскому, расположенному примерно футах в 25 от берега (25 футов = 7.62 метра).

00:18:12 Вскоре этот камень стал моим самым излюбленным местом. Я сидел на нем каждый день от восхода солнца и до его заката, окруженный со всех сторон мощным стремительным потоком Ганги. Среди этой невероятной панорамы я ощущал себя ничтожно крохотным. Уже в сумраке, возвращаясь в свою пещеру, я прошел мимо старца, сидевшего на земле и продававшего миниатюрную морковку, разложенную на куске старой мешковины. Когда я проходил мимо, он дал мне одну. Вода из Ганги и одна морковка в день будет моей единственной пищей в течение 30 дней, решил я.

00:18:59 Этот отдаленный одинокий камень стал моим убежищем. Глядя вверх по течению, я просиживал на нем с рассвета до темноты. Слева от меня на противоположном берегу издалека можно было увидеть какого-нибудь случайного йога, сидящего в медитации. Справа раскинулись живописные гималайские предгорья. Вершина ближайшей ко мне горы напоминала своими очертаниям форму сердца. Я целыми часами взирал на нее, размышляя о том, что это сердце олицетворяло для меня сердце Бога, безграничное, дающее последнее прибежище всем существам, сердце величественное и прекрасное.

00:19:44 Подобно тому, как при восхождении в горы мы оставляем позади землю, на которой стояли, нам необходимо оставить позади себя все наши неблаговидные земные привязанности, чтобы совершить восхождение к сердцу Господа. Искренняя духовная практика — это подъем в гору. И тут уж не имеет никакого значения, с каким количеством трудностей нам придется столкнуться, мы должны продолжать надеяться и продвигаться вперед.

00:20:13 Горы всячески помогают тем, кто стремиться добраться до самых вершин. Точно также, если мы искренни, Господь предоставит нам все необходимое для достижения его в высшей степени милосердного сердца.

00:20:29 Раскинувшись во все стороны вокруг меня, текла мать-Ганга, убранная в свой зимний наряд из сверкающей волнующейся воды. Волны её колыхались и завихрялись, словно опьяненные своей собственной красотой. Никакому человеческому существу, пусть даже художнику, не дано было передать хоть одного мгновения бесконечной красоты. И точно также неожиданно как проявилось, это её искусство вдруг исчезло.

00:21:01 Из этого я извлёк урок — все красоты этого мира находятся в процессе преобразования, нет ничего постоянного. С каждым моментом наша действительность меняется. Мать-Ганга, как и природа, постоянна, но не остается никаких её проявлений. И точно также все, чем мы дорожим в этом мире, незаметно проходит и исчезает. Нам не за что ухватиться, но если мы сумеем оценить красоту глубинного потока истины, то сможем наслаждаться действительностью глубже, чем ненадежные волны радости и горя.

00:21:41 Я сидел, словно прилежный студент, старательно перенимая знания у своего учителя. Река начинает свой путь высоко в Гималаях, и безостановочно течет к морю. Неисчислимые препятствия, огромные скальные камни, упавшие деревья или даже горы вставали на её пути, но ничто не в силах воспрепятствовать её продвижению к морю.Она изящно обходит все преграды, протекая под ними, или огибая их вокруг.

00:22:13 Мать-Ганга учит нас тому, то если мы хотим достичь моря наших желаний, то должны упорно придерживаться своей цели, и никогда не впадать в уныние, опуская руки, сталкиваясь с неизбежными препятствиями на своем пути. Все эти препятствия подобны камням в реке жизни, мы должны огибать их и никогда не сдаваться. С Божьей помощью всегда найдется выход. Сидя на том осколке скалы, я воображал, что созерцание потока реки подобно наблюдению за течением жизни. Если находишься в самой реке, то неизбежно подвержен её влиянию, но ели ты на берегу, то можно наблюдать за всем происходящим отвлеченно, издалека.

00:22:59 Мать-Ганга учит, что научившись отрешенности от нашего эго и всяческих треволнений ума, чувств и окружающего нас мира, и трезво и отстранено наблюдая жизнь, мы становимся мудрыми.

00:23:16 Каждый вечер на закате я возвращался в свою лесную пещеру, и там уже тщательно обдумывал все те дары, которые преподнес мне день. Однажды я задумался, как в течение миллионов лет разные истории разыгрывались на этих берегах. В эпоху арийцев процветала духовность, пришел и ушел Александр великий, затем появились маголы, завоевавшие северную Индию, и правящие её на протяжении многих столетий лишь только затем, чтобы оказаться самим побежденными британской империей, которая в конечном счете была изгнана Махатмой ганди, Субашачандрабошем и индийским движением освобождения.

00:24:03 Рабство и свобода, война и мир, политические завоевания и поражения, подобно временам года сменяли друг друга. Но мать-Ганга проходила сквозь все это, и во все времена терпеливо и упорно текла к морю. И истина тоже оставалась неизменной. Независимо от того, что могло произойти в этом мире, и какими бы драматичными и ощутимо значительными не были эти события, ничто не могло поколебать поток истины.

00:24:35 Множество разных предметов, за которыми я наблюдал, проплывали вперед, подхваченные потоком. Листья, цветы, вырванные с корнями деревья, мертвый бык и даже человеческие тела. «Если бы любой из этих предметов все время оставался в водах реки, - размышлял я, - то он неизбежно был бы унесен в море». Н через какое-то время большинство из них прибивало течением к берегам, и их перемещение останавливалось.

00:25:07 Духовный путь и духовный учитель подобны потоку матери Ганги, а ученики — это те самые предметы, влекомые течением по реке. Если последователь искренне предается течению священных учений, то он или она будет подхвачен волнами и вынесен к океану духовной истины, но по берегам реки появляется так много искушений и соблазнов, манящих комфортом и обещающих счастье, что заставляет иного ученика выбираться из потока, несущего его к цели его сердца. Далеко не все желающие кандидаты останутся преданными, а лишь только те из них, кто на самом деле стремиться достичь океана истины. Я задавался вопросами. Кто будут мои учителя? И смогу ли я остаться до конца преданным?

00:26:23 Однажды ранним утром, как раз перед восходом солнца, я смотрел на течение вод, которые никогда не спали, и размышлял о тысячах миль пути, которые проходит река. Море звало к себе, и послушная зову каждая капелька воды безропотно вливалась в общий поток, несший её так далеко отсюда, к её конечной цели, её предназначению. Этим мать-Ганга учит меня, что для того, чтобы следовать зову своего сердца, требуется терпение и настойчивость.

00:26:58 На самом деле я никогда не останавливался, чтобы задуматься, почему я оставил все соблазны и обещания мира ради того, чтобы сидеть в одиночестве на камне, посреди Ганги и сознательно подвергать себя строжайшему посту? Почему я выбрал для себя столь жесткие экстремальные способы, словно какой-то одержимый? Временами я даже не ощущал, что это было моим личным выбором, я просто чувствовал таинственную руку судьбы, ведущую меня вперед.

Прощание с губной гармошкой

00:27:33 Однажды, свежим зимним днем я сидел, погруженный в медитацию, и вдруг в голове у меня стали возникать нежные мелодии губной гармошки, отвлекая моё внимание от всего прочего, и мешая сосредоточиться. Непреодолимо мое сознание влекло к этой воображаемой музыке. На театральной сцене моего ума исполнялся концерт за концертом. Меня охватила тоска по своей любимой гармонике, на которой я не играл с самого прибытия в Индию.

00:28:04 Мне так захотелось вновь воссоединиться с ней. Каждый день до восхода солнца и после заката я преданно проводил на своем излюбленном камне, но в этот день все обстояло по другому. Моё влечение подгоняло меня прочь отсюда, и я, бросив реку и камень, поспешил вернуться в пещеру, чтобы поиграть на гармонике.

00:28:29 Едва я поднес гармонику к губам, как нечто странное снизошло на меня. Какая-то невидимая сила побудила меня вновь вернуться к реке. С каждым шагом я просто сгорал от нетерпения, так мне хотелось поиграть на своем любимом инструменте. Пробираясь через бурные воды матери Ганги, я взобрался на свой камень. Там, как и во все другие дни, я уселся на его холодной шероховатой грубой поверхности, но сегодня у меня в руках была гармошка, и к сердцу прилила волна восторженного обожания, от чего по телу у меня пробежала дрожь.

00:29:08 Как может какой-то кусочек металла и дерева вызывать такое эмоциональное состояние? Эта гармоника все время была моим самым близким другом, которому я изливал сокровенные чувства своего сердца. Наши отношения были на столько сокровенными, что я шепотом доверял ей тайны, о которых никто никогда не узнает, кроме Бога и меня самого.

00:29:32 Гармошка переводила мои внутренние радости, печали и мечты в сладостную мелодию. Со временем между нами стал происходить естественный диалог исполнителя и инструмента. Во многом мы походили на влюбленных. Словно ревнуя меня, гармоника, казалось, требовала сейчас всё мое внимание без остатка. Я задумался: «А действительно ли я хотел такого в своей жизни?»

00:30:02 Я вглядывался в отдаленные горы вверх по течению, и тихая печаль коснулась моего сердца. Я понял, что мой верный спутник теперь отвлекал меня от моего пути. Стоя на том камне, я всматривался в глубокие синие воды Ганги, затем я взглянул на свою гармонику, прекрасно понимая, что другой такой больше не найдется за тысячу миль вокруг.

00:30:29 Волнуясь, я раскрыл свое сердце давнему товарищу, на сей раз уже не через песню, а простыми словами: «Мой дорогой друг, спасибо тебе за то, что был моим преданным спутником все эти дни. В те времена, когда мне было больно и одиноко, ты всегда утешал меня и дарил радость. Как терпеливо ты выслушивал мои самые сокровенные мысли и преображал слова, которые я сам не мог произнести в песни, волновавшие сердца людей».

00:31:03 Я заплакал. Затем я перевел взгляд на священную реку и взмолился: «Мать Ганга, прими моё приношение, то, что так дорого мне, я хочу предложить Богу, свое недостойное сердце. Пожалуйста, забери его». Обеими руками я прижал гармонику к сердцу, а потом размахнулся и кинул её. А легкий бриз Гималаев подхватил её в воздухе. Словно при съемке замедленного действия, инструмент застыл наверху, а затем шлепнулся вниз. Сердце мое вздрогнуло, когда, издав прощальное буль-буль, мое верный спутник навсегда исчез в волнах Ганги.

00:31:52 Зачастую самые дорогие подарки жизни мы получаем совершенно не оттуда, откуда планировали или могли ожидать. Кто-то говорит, что это происходит случайно, другие ссылаются на карму или судьбу, иные же полагают, что Господь по своему желанию в любой момент может вмешаться в нашу жизнь.

Песнь реки

00:32:14 Как-то ближе к вечеру, когда мое сознание дрейфовало от медитации к воспеванию стремительного движения матери Ганги, мне вдруг показалось, что её сильные и нежные волны пели гимн мудрости и любви. Захваченный в плен той сладостной песней, я всё понимал без малейших усилий. Эта медитация вскоре вошла у меня в привычку. С рассвета до наступления темноты я просто медитировал на песню реки.

00:32:43 Спустя несколько дней, сидя под свежим зимним ветерком, я глядел на гималайский небосклон. Клубы молочно-белых облачков, колыхаясь, перемещались под небесным сапфировым куполом, а прямо подо мной вихрился и пенился поток воды. Шум реки звучал симфонией, освобождавшей меня от кандалов мыслей. В песне реки возникали тысячи небесных голосов, которые в унисон друг другу распевали священный слог Ом. Этот звук пленил мой разум.

00:33:18 Вечером следующего дня, когда заходило солнце, я наблюдал за золотистыми зимними облаками, плывущими в глубине синего неба. Горы были укутаны фиолетовыми одеяниями и казались на столько живыми, что я буквально чувствовал их дыхание. В стае стехов, белых журавлей, черный соловьев, зеленый попугаев, и птиц с ярко-синим, красным и оранжевым оперением взлетели в небо, и каждая из них звенела, щебетала, чирикала, или выводила свою собственную сладостную песнь. Но в тот вечер, за исключением пения птиц, долина Ганги была объята спокойствием, почти мифической тишиной.

00:34:03 Мой ум подхватило потоком размышлений о том, как Господь, забрав у меня такую малость, возвратил мне сторицей, дав на много больше. В какой-то момент я понял, что до определенной степени каждый из нас чувствует себя недостойным милости, но потом неизменно испытывает благодарность, получив её. Эта благодарность открывает сердце, делая его восприимчивым благословениям Господа.

00:34:31 Прикрыв глаза, я вновь погрузился в песнь реки, бесконечное воспевание звука Ом. Это было просто чудесно. Я чувствовал, что вот-вот должно произойти что-то совершенно необычайное, и вот тогда я услыхал что-то такое, что, казалось, поднималось из самых глубин сердца матери Ганги. Хор из тысячи небесных голосов пел медленную восхитительную песнь, которая, казалось, эхом разносилась по всей долине реки.

00:35:05 Харе Кришна Харе Кришна Кришна Кришна Харе Харе Харе Рама Харе Рамам Рама Рама Харе Харе. Я чувствовал, что это Господь нашептывает мне на ухо такую прекрасную мантру через песнь реки. Это был какой-то мистический ритуальный отрывок, подхвативший и унесший меня на гребне волны ещё ближе к моим устремлениям.

00:35:34 Сердце мое переполнилось благодарности, и я невольно нарушил свое длительное молчание, громко подхватив эти слова вместе с рекой. То, что я испытал на собственном опыте, не имело аналогов на земле. Никакое опьянение не шло в сравнение с этим. Мне был непонятен смысл песни, но сердце моё уже было похищено. Что все это значило? Я полагал, что эта тайна подобна загадке картины голубого мальчика раскроется в свое время. Пожертвовав песней моей гармоники, я унаследовал песнь Ганги.

Встреча с обезъяной

00:36:39 В конце месяца я был уже более чем готов закончить свой пост. Вспомнив о продавце арахиса в магазинчике возле ресторана в Чотивала в Сварга-ашраме я направился туда на свой страх и риск всего с одной рупией, пожертвованной мне каким-то паломником. В то время это приблизительно составляло 2 американских центов, и я рассчитывал получить взамен пригоршню орехов. Но когда владелец лавки увидал рупию, его глаза загорелись и он быстро соорудил из сложенных вместе старых газет некое подобие огромной сумки-пакета, и всю её заполнил арахисом.

00:37:19 «Ну, сегодня у меня будет пир горой», - ликовал я, возвращаясь в свою пещеру по тропинке в джунглях. Углубившись в лесную чащу, я нос к носу столкнулся с громадной коричневой обезьяной, преградившей мне путь, словно какой-то таможенный агент. Ворча и скаля клыки, обезьяна оценивающе окинула взглядом пронзительных зеленых глазок свою жертву. Под густой коричневой шерстью угадывались сильные мышцы. У обезьяны была ярко-розовая морда в шрамах от прошлых баталий, узловатые розовые пальцы и глянцевито блестящие красные ягодицы.

00:38:00 Внезапно обезьяна прыгнула на меня. Одним движением она вырвала у меня пакет с орехами и, пихнув меня в грудь, оттолкнулась от меня, стремительно катапультировав прочь. У меня перехватило дыхание, я отпрянул назад. Придя в себя, я заулыбался, видя, как обезьяна в мгновение ока исчезла в джунглях с полной сумкой арахиса. На земле осталось несколько орехов, выпавших во время схватки. «О, как здорово, - подумал я, - этого будет как раз достаточно, чтобы разговеться после поста». Но пока я, склонившись, подбирал орехи с земли, ещё одна обезьяна спрыгнула с дерева, выхватила у меня их из-под носа, и исчезла. У меня не осталось ни единого орешка.

00:38:52 Когда я, наконец, добрался тем вечером в свою пещеру, в животе у меня уже громко урчало. «Если провести сравнение с приобретением сокровищ духовного опыта, то всякое материальное приобретение похоже на тот самый арахис», - подумал я про себя. Люди обманывают, плачут и умирают всего из-за нескольких жалких орехов. Они дерутся и сражаются за горстку арахиса. Из-за этого развязываются воины. Но в любой момент какая-то обезьяна, воплощение жадности или даже неизбежного хода времени, запросто может отобрать у нас эти вожделенные орешки.

Ашрам Махариши Махеш Йоги

00:39:35 На следующее утро я пешком пропутешествовал по берегу Ганги в самый отдаленный конец Ришекеша. Поднимаясь в гору, я добрался до Шанкарачарья Нагара — ашрама Махариши Махеш йоги ( Maharishi Mahesh Yogi). В этом отшельническом скету глиняные тропы пролегали сквозь древние деревья, цветущие ароматные кустарники и виноградные лозы, ведя к весьма необычным хижинам, устроенным для медитации.

00:40:03 Пройдя дальше, я оказался на самом краю крутого утеса, с которого открывался захватывающий дух вид на Гангу. На краю утеса стояло простенькое жилище Махариши. Зайдя внутрь, я очутился в алтарной комнате, украшенной цветами. На алтаре стояло изображение гуру Махариши — Брахманады Сарасвати ( Brahmananda Saraswati). Он восседал на тигровой шкуре, у него была белая борода и длинные седые волосы, зачесанные назад и открывавшие четкий контур бровей.

00:40:37 Это был высокочтимый йог, которого первым, более чем за 150 лет удостоили звания Шанкарачарьи гималайской области Джьотир Матха ( Jyotir Math). Ему отводилась роль, подобная Папе Римскому. Утром и вечером жители ашрама все вместе собирались в Уджарской у Махариши для воспевания гимнов и предложений подношений, а завершались такие церемонии общей медитацией.

00:41:06 Кто-то рассказал мне, то Махариши предпочитает медитировать в подвале, темной келье, похожей на пещеру, куда допускались лишь немногие. Прохладная тихая келья стала и моим излюбленным местом для медитаций. Именно здесь мною как-то особенно ощущалось присутствие самого Махариши, в виде глубоко умиротворения и безмятежного спокойствия, охватывающего мой разум и тело.

00:41:35 Махариши родился в 1918 году в центральной Индии и закончил Алахабатский университет. Получив докторскую степень по физическим наукам, в течении 13 лет он выполнял служение своему гуру, Брахмананде Сарасвати, в качестве его секретаря. Перед тем, как покинуть этот мир, гуру дал ему наказ: «Всё то, чему я тебя учил, содержит в себе также знание для семейных домовладельцев, которое было извращено и забыто за столетия. Не думай о деньгах для путешествий туда-сюда, не беспокойся и не бойся одиночества, ни о чем не беспокойся. Приступай к работе и всё получится само собой».

00:42:20 Для подготовки к выполнению своей миссии Махариши в течение двух лет предавался уединенной медитации в пещерах Утеркаши, а затем, в 1955 году приступил к обучению трансцендентальной медитации и образовал свой ашрам на холмах Ришекеша. С 1957 года он начал странствовать по всему миру.

00:42:46 Махариши Махеш йога учил, что практикуя трансцендентальную медитацию наше сознание переходит в более тонкое и восприимчивое состояние. Цель состоит в том, чтобы войти в состояние более тонкое, нежели наше обычное состояние бодрствования, сна и глубокого сна. Ну а медитировать — это означает практиковать сознание вне тонкого существования ума и эго, поскольку оно находится в том освобожденном состоянии чистого существа, какое мы испытываем вечно.

00:43:22 Особенно творческая натура Махариши проявлялась в согласовании и гармонизации современной научной технологии с древними науками йоги. Хотя Махариши находился за границей, пока я был в ашраме, вдохновленный прибежищем, которое обрел в его ашраме, я читал его книги « Наука бытия и искусство жизни» и 6 глав Бхагавад Гиты.

00:43:48 Все вечера в Шанкарачарья Нагаре я проводил с одним австралийским Саду по имени Бевин — руководителем ашрама и одним из самых близких учеников Махариши. Мы встречались в его хижине, где слушали записи лекций Махариши с катушечного магнитофона, и говорили о его учении.

00:44:08 Помню, я слушал, как Махариши говорит своим специфическим высоким голосом, часто посмеиваясь: «Мы не раздаем пустых обещаний райской жизни на небесах после смерти, но имеем положительный опыт небесного благоденствия и счастья во время жизни. Приходите все, кто этого желает».

00:44:32 Его метода была проста — всего лишь 15 — 20 минут необременительной медитации утром и вечером и никакой необходимости менять уклад своей жизни или религиозные и философские установки. Он учил, что жизнь по своей сути блаженство, а мы - существа, созданные для счастья, и трансцендентальная медитация может привести нас в это блаженное состояние существования, ненавязчиво направляя естественную предрасположенность нашего разума к поиску счастья, к врожденному блаженству человеческого бытия. Иногда он называл это поливание корней и наслаждение плодами.

00:45:15 Стояла зима и было тихо. Едва ли какой другой иностранец, помимо Бэвина и меня самого объявился бы в ашраме. Бэвен рассказывал мне, как всего несколькими годами раньше сюда приезжали Битлз, Донаван и Миаферроу, со своей сестрой Пруденс, и останавливались у Махариши. С того самого момента влияние йоги и медитации стала распространяться по всему миру.

00:45:44 Медитации в том священном лесу и ночной сон на вершине горы были для меня бесценными дарами. Трижды Махариши Махеш Йоги являлся мне в моих снах. Он сидел со скрещенными ногами и держал цветок. Его длинные седеющие волосы и борода сливались с белыми струящимися одеждами. Округлое лицо его мягко светилось. Хотя по своей конституции он был не крупным, в своем незримом присутствии он представал просто необъятным. Мягкий, но пронизывающий взгляд его казалось звал меня в царство бесконечного мира. Он ничего не говорил, а просто улыбался мне, прикрыв глаза, а потом исчезал.

00:46:30 Со временем я вернулся в свою уединенную лесную пещеру, где пытался разобраться, почему я покинул ашрам Махариши. В конце концов я приобрел там только поучительный опыт. Несомненно, что там ощущалась мощная энергетика любви самого Махариши, и все вокруг были так добры. Почему же мне там не сиделось? Вновь и вновь в течение месяца я задавался этим вопросом, и каждый раз приходил к выводу, что мне бы хотелось учиться из разных источников и у разных учителей, прежде чем я смогу посвятить себя какому-то одному из нихПокуда я не приобрету такую веру, чтобы посвятить всю свою жизнь какому-то одному пути и одному учителю, - думал я, - я останусь странствующим паломником».

Встреча с Махавирдасом Татвалу Бабой

00:47:26 Однажды утром, когда я прогуливался по лесной тропинке, мне преградил дорогу какой-то Саду, расплывшийся в сияющей любопытной улыбке и не позволяющий мне пройти мимо. Он искоса поглядывал на меня своими миндалевидными глазами, у него был малюсенький носик на плоском медном лице и коротко постриженные волосы. Что это за человек? Что ему надо от меня? «Меня послали за тобой, - сказал он, - но ты меня не знаешь». Удивленный я молча, гадая, что же последует дальше.

00:48:02 Он схватил меня за руку. «Недалеко отсюда в пещере живет величайший святой, моя миссия состоит в том, чтобы привести тебя к нему». «Откуда вы меня знаете?» - спросил я. «Это тебе знать ни к чему. Следуй за мной». Заинтригованный, я последовал за этим Саду, который рассказал мне, что его призвали из Непала вглубь леса, куда мы с ним и направлялись вдоль реки по заросшей тропинке.

00:48:31 Прокладывая себе дорогу, мы с треском пробирались сквозь заросли и утаптывали ногами листву и растения, энергично ломясь сквозь кусты. Слева от нас щеткой ощетинился дикий боров. Мы выбрались из леса на просвет, и мой провожатый указал мне на вершину горы. Там виднелись закопченные дымом входы в три пещеры. Саду повел меня по узким каменным ступеням, больше похожим на тридцатифутовую лестницу, вырезанную в крутом склоне скалы.

00:49:05 Забравшись на самый верх, мы вошли в одну из пещер, где жгучая пелена дыма разъедала глаза. Там, выпрямив спину в пое лотоса, сидел удивительный человек. Свалявшиеся спутанные волосы спадали ниже его спины на несколько футов и лежали на земле, позади него. Его рост достигал примерно 6 футов, а телосложение было очень могущим. Вокруг пояса у него была повязана только веревка, а изо всей одежды лишь одна набедренная повязка, прикрывающая пах. Он медитировал с закрытыми глазами. Казалось, он находится в ином мире, в мире вне времени и пространства. Вся его неподвижная фигура излучала ауру неописуемого спокойствия. Передо мной был Махавирдас Татвалу.

00:50:02 Мы уселись рядом и стали терпеливо ждать. Благоухание тлеющих дров в его священном костре смешивалось с землистым запахом древней пещеры. На каменной полке лежали священные писания на санскрите. Весь его гардероб, старая мешковина, был сложен позади него. Непальский Саду рассказал мне, что тот часто медитирует всю ночь напролет. «Давай наберемся терпения и подождем, когда он сам выйдет из духовного транса», - сказал он мне.

00:50:36 Наконец, темные сияющие глаза йога раскрылись, и тут же уставились на меня словно мощные лазерные лучи. Мой проводник служил нам переводчиком. Баба заговорил глубоким неотразимым голосом: «Бог один, и всё происходит только от него». Подняв ладонь, он соединил указательный и большой пальцы вместе.

00:51:02 «Причина всех страданий заключается в том, что мы забыли о том, чтобы мы подобны Богу и идентичны ему. Это называется Майя, или иллюзия. Бог повсюду, его не нужно искать, чтобы обрести. Если обратиться к Нему искренне, он раскроет Себя Сам. Бог смотрит из самого сердца, а не снаружи. Не должно быть никакой двуличности. Можно проблуждать всю свою жизнь в джунглях, но Бог остается в сердце. И если увидишь его там, то будешь видеть его повсюду». Я был поражен. Казалось, что он говорил о том, что меня волновало сильнее всего. Я был странником, ищущим Бога в своем сердце.

00:51:59 Руки Бабы покоились на коленях, из его темных глаз исходила энергия и вибрация. Казалось, что он читал мои мысли. «Люди гонятся за всем временным и приходящим. Разве не видно, что они стали на дорогу смерти?» Каждое его слово отсекало словно меч мою собственную эгоистическую обусловленность. «Ты отказался от мирской жизни. Это хорошо. Не возвращайся обратно. Медитация откроет тебе высший мир».

00:52:37 Мы слушали его целый час. Я ушел, пообещав вернуться на следующий день. Когда мы вместе с Саду спустились вниз по каменной лестнице, нас поприветствовала аскетичного вида женщина в простом белом саре, с длинной черной косой, спускавшейся по спине. Миробай со своим мужем жила в лесу, они готовили пищу для всех учеников Татвала Бабы.

00:53:02 Она поспешила пригласить нас к себе в гости. «Хотите послушать про Бабу?» - спросила она, когда мы пошли за ней. «Да», - ответил я. Непальский Саду кивнул. «Хорошо, - начала она. - Баба родом из штата Пенджаб. С раннего детства его ум тревожили многие вопросы. Когда он видел, как во время правления Британии, повсюду подавлялись индусы, он поражался, почему же у страны, где так много святых и священных писаний, не находилось решения, чтобы освободиться от этого страдания? Он буквально сгорал от жажды найти истину. И ещё ребенком убежал из дома в поисках своего гуру. Сперва от пришел в Айодхью, место, где родился Господь Рама, а потом в горные места Гималаев, где и встретил своего гуру. У стоп своего учителя он изучал путь к просветлению».

00:54:01 Мы втроем подошли к хижине, слепленной из глины и соломы. Миробай любезно растворила деревянную дверь и пригласила нас в дом. Предлагая нам циновку, чтобы сесть и глиняную чашку с водой, она спросила: «Будете слушать дальше?» «Конечно», - попросил я, наслаждаясь прохладной водой, набранной ею из ручья.

00:54:24 «Баба находится в этих пещерах примерно лет с 16. Он питается только дикими травами и плодами, и носит одежду из мешковины, которая досталась ему даром. Мы называем её тат, обматывая её вокруг себя. Вот почему его зовут Татвала Баба. Его имя обозначает святой человек, одетый в мешковину». Она продолжала рассказывать, что он в уединении провел 15 лет, совершенствуя практику аштанга-йоги. Постепенно люди узнавали про его просветленное состояние и стали приезжать к нему.

00:55:01 Он никогда и никому не разрешал прикасаться к своему телу или готовить для него пищу. Она перевела дух, глаза её широко раскрылись от благоговения. «Своими собственными глазами я видела, как он читает мысли людей, предсказывает будущее и излечивает больных. Вот так было, когда одного йога мучили невыносимые приступы мигрени, Баба явился ему во сне, с помощью мантры убрал у этого из головы какую-то белую жидкость и вылечил его навсегда».

00:55:38 почувствовал свою избранность, оказавшись здесь. Хозяйка показывала нам фотографию с изображением Бабы, которую держала на маленьком алтаре, и сложив вместе ладони спросила: «Хотите я ещё расскажу о нем?» Мы с нетерпением кивнули.

00:55:56 «Баба медитирует в течение многих часов, а иногда целыми днями. Он всегда поддерживает священный огонь и каждый день размышляет над священными писаниями». Затем она повернулась ко мне. «Ты проделал долгий путь из Америки, чтобы стать Саду. Будь благословенна твоя храбрость. Я помолюсь за тебя, чтобы ты добился своего!».

00:56:21 Перед тем, как распрощаться, она положила на мою ладонь какую-то необычную сладость из прозрачно-зеленоватой тыквы, уваренной в сахарном сиропе. Конфетина немедленно растаяла у меня во рту, брызнув ароматным соком. Я никогда не пробовал ничего подобного. Увидев мою реакцию, она ласково объяснила: «Эта сладость называется Педа. Понравилась?» «Это самая первая сладость, которую я попробовал в Индии, - ответил я, - замечательная штука. А йогам аскетам можно это есть?». Она улыбнулась мне, словно мать своему любознательному малышу. «Ты не поверишь, когда увидишь, что могут есть йоги».

00:57:05 На следующий день я вернулся в пещеру к Бабе. Через некоторое время мой непальский друг оставил меня наедине с Татвала Бабой, полностью погруженным в медитацию. Миновала целая ночь, а он даже ни разу не шелохнулся. Проникшись его спокойствием, я медитировал рядом с ним.

00:57:26 Зашло солнце, нежно подсветив зелень гималайских джунглей золотистой дымкой, проявив очертания дальних, наиболее высоких гор, которые многие считали обителью Бога. Далеко отсюда я разглядел мать Гангу, прокладывающую свой путь с вершин на равнины через леса и долины, усеянную мудрецами, поклоняющимися ей на берегах. С того места, где я сидел на соломенной циновке, я глядел вниз на пышную листву, и спустя какое-то время стал различать больших разноцветных змей, извивающихся и скользящих по джунглям в поисках добычи.

00:58:05 Я видел пасущихся диких слонов, задевающих деревья, и даже пятнистого леопарда, пробирающегося среди зеленых зарослей. В голове промелькнула картина моей прежней жизни в Хайлондпарке, что в пригороде Чикаго. Плоский ухоженный ландшафт, детвора, садящаяся в школьный автобус, и родители, на машинах едущие на работу. Я не мог поверить, куда я попал.

00:58:33 Неподалеку от пещеры Бабы находились ещё пещеры, где жили несколько его аскетичных учеников, и где я сам остановился на некоторое время. Находясь внутри пещеры Бабы, вдыхая терпкий вяжущий дым от священного огня, который продолжал гореть днем и ночью, я чувствовал себя очищенным.

00:58:54 Сидя с совершенно прямой спиной, Баба мог читать священные писания в течение трех - пяти часов, остальное время он был погружен в медитацию. Если он отдыхал ночью, то пробуждался за несколько часов до восхода солнца и занимался медитацией, изучением писаний, и выполнял различные асаны и йоги.

00:59:17 В середине утра он закручивал свои спутанные волосы в огромный узел на макушке, брал с собой меня, и мы отправлялись купаться в ручье, заодно набрать воды в котелок. На обратном пути он собирал съедобные травы и плоды, а также дрова для костра.

00:59:35 Однажды я увидел, как он легко и без усилий поднял огромное бревно и понес в пещеру. Как-то рано вечером, когда ещё не смолкли трели птах в лесу, Баба через нашего непальского переводчика хорошенько встряхнул меня. «Добро пожаловать в наши пещеры на всю оставшуюся жизнь. Я тебя приглашаю». И он прикрыл глаза, войдя в транс.

01:00:05 Его слова постоянно всплывали и крутились у меня в голове, пока я обдумывал серьезность решения, которое мне предстояло принять. И вот однажды по утру, помедитировав, я подумал: «Это было бы благословением жить здесь, в священном лесу, под руководством такого святого. Но если я избираю себе гуру и посвящая этому всего себя, то потом уже никогда до конца жизни не должен буду передумать, чтобы не позорить учителя и не огорчать его. Я хочу обрести учителя и тот путь, которому я смогу посвятить всю свою жизнь».

01:00:45 Я спросил себя, уверен ли я, что это мой учитель и мой путь? Проходили минуты и вот пришел ответ. Во время совместной медитации с Татвала Бабой я испытывал огромное внутреннее осознание, и внутреннюю радость. И тем не менее я сомневался, сердце мое жаждало встреч с индийскими святыми, посетить священные места, испробовать разные духовные пути. Тогда и только тогда я смогу принять самое главное решение в моей жизни.

01:01:20 Мой ум успокоился, осознав, что такой подход был честным, но мне следовало проявить осторожность, сообщая о своем решении Татвала Бабе, поскольку я имел дело не с обычным, а с весьма экстраординарным человеком, наделенным сверхъестественной силой.

01:01:38 Так прошло несколько дней. Медитация в его компании приносила мне неописуемые реализации, и когда я, наконец, решился раскрыть ему свои мысли, он уже обо всем знал. Прежде чем я мог открыть рот, он произнес те самые слова, которые я собрался сказать ему. Он серьезно взглянул на меня и простер ко мне ладонь. «До свидания. Да пребудет с тобой Господь. Ом Та Сат».

транскрибирование: Наталья Колоцей | Речица | Беларусь | 04 мая 2014
обработка текста: Роман Михайлов | Чиангмай | Тайланд | 21 октября 2016