История о друге, равном мне

24 октября 2011
история для начинающих из раздела «Шастры и духовные писания» со сложностью восприятия: 1
длительность: 00:16:25 | качество: mp3 64kB/s 7 Mb | прослушано: 764 | скачано: 689 | избрано: 4
Ctrl+Б и Ctrl+Ю - замедлить или ускорить на 10% Ctrl+Left и Ctrl+Right - перемотки по 5сек

00:00:00 «О, мой друг, равный мне». Помните, историю рассказывал? Помните? Да? Рассказываю, как был один богатый человек, очень богатый и он был так богат, что даже цари, из-за того, что он был так богат, считали его другом. Что он как бы экономику всю поддерживал. Ну, он никуда не лез, он просто был богат. У него были там газеты, заводы, что там еще?
[Из зала] [неразборчиво].
[Тугутов Л.М.] Да, да, да. Пароходы. И каждый из царей, даже соседних государств, все время с ним, как бы на дружеской ноге, старался быть. Ну, знаете, там кредиты туда, сюда. И один царь всегда говорил, когда его видел, он так, ну все они так говорили, они так руки раздвинут, говорили: «О, друг, равный нам». И как то он немножко стал великим, подумал: «Я, тоже царь». И стал немножко пренебрегать своими обязанностями, расслабился.

00:01:01 И как результат его расслабухи, Кришна на флейте заиграл, и он стал отрешенным. Т.е. все исчезло, все исчезло. Ну, это я так шучу, все исчезло и он стал нищим. И сначала гордость, представь как я пойду кого-то просить, я сам. И он сам, а что-то случилось, не идет дело, он и так и так. Сначала не к кому не обращался, в итоге стал такой, маленького роста, сразу такой, худенький и «кожа ссохлась, и мышцы ослабели, и скука въелась в плоть, желание губя, и в черепе его мечты окостенели, и ужас извергал». И так, он подумал: «Ну, ладно пойду, обращусь, у меня же столько много друзей, царей было. Пойду, обращусь». И он к одному царю, а его даже, в таком виде и в таком состоянии даже близко не пускают. И когда цари узнают, а он говорит: «Вы, передайте, хотя бы, это я вот такой».

00:02:03 А уже молва о том, что он уже никто, уже за ним ничего нет и никто с ним не хочет общаться. И под разным предлогам, ему отказывают. Но, он понимал, он был очень разумный, он понимал все, он подумал: «Вот они, друзья. Вот это материальный мир». И так у него, вот это все материальный мир, все это дружба. И он так сильно страдал, особенно когда человек был кем-то, а потом ни с кем-то. Знаете, как он страдает? Был кем-то, был в майе и вдруг стал духовной личностью. Он так страдает, что пока он был кем-то в майе, все его уважали, а теперь он стал Харе Кришна. Кто уважает Харе Кришна? Только такие же, которые все потеряли, особенно в нашей стране, да и вообще в материальном мире. И вот, и он пошел к одному царю. И он помнил, что этот царь, те то говорили: «О, наш друг», а он всегда единственный из всех делал приставку: «О, мой друг, равный мне».

00:03:08 Я же вам рассказывал. Ну, вас просто не было.
[Из зала] [неразборчиво].
[Тугутов Л.М.] Нет. Вы, вы, в смысле вы не были в храме? И он всегда говорил: «О, мой друг, равный мне». И вот это вот, «равный мне» ему так, и он вспомнил, говорит: «Пойду», но он потом уже не верил, что тот говорил, все негодяи отвернулись и этот отвернется. И он как-то попытался, думает: «Ну, ладно, он все время говорил – «равный мне». И он не говорил, что по богатству «равный мне», он наверняка по качествам. Значит, он может быть вдруг меня примет, кто знает». И он пришел в это государство. Но, его даже не пустили на территорию дворца. Слуги увидели, он такой весь, кожа ссохлась, мышцы ослабели, такой весь скучный, вонючий, от него пахло уже совсем по-другому. Когда у вас ничего нет, от вас пахнет тоже по-другому.

00:04:00 И его не пустили. И он где-то там возле дворцовых стен подрабатывать стал. Ну, там же эти поля, наделы и он там подрабатывать стал. Заработал себе на одежду, немножко отъелся. И его пропустили тогда в город. И он там приходит в город, в эту в канцелярию, где народ просится на даршан к махараджи. И там сидит человек, раз на него смотрит и говорит: «Но, нет. Ну, там, в общей толпе будешь там три тысячи сто девяносто пятый, так сказать, еще через три года. Три тысячи, там какой-то девяносто пятый, через три года твоя очередь». Ну, как на машину раньше или на квартиру, так же на телефон была, а дать то нечего, что бы продвинуться. Обычно когда даешь, раз продвигают, раз продвигают. И вот, у него как-то нечего дать даже, что бы продвинуться. И опять, значит этот стопор, его не пускают. Он: «Да, вы скажите, это я, там такой». «Иди от сюда». И он, значит, опять устроился на какую-то работу.

00:05:01 Так тяжело работает и какую-то одежонку более менее нашел, там все. И вроде, пришел под видом другого человека уже, попышнее одет, а то для простолюдинов, а там как бы для попышнее. И он все деньги в одежду, так все. Пришел такой: «Я такой-то такой». Ему сказали: «Ну, тогда сотым будешь там, через месяц». И он стал ждать месяц. Его очередь подходит, и он во дворец приходит, и там пропускают всех через церемониймейстера, т.е. учат. Ну, как у нас к гуру, что бы зайти, говорят, вот так надо кланяться, вот так там то, се. И церемониймейстер: «Кто у нас завтра?», он так заранее. Ну, а тот поскольку, со всей этой братвой общался, уже столько лет, и он такой немного стал. И короче, все вот эти и церемониймейстер на него, он: «Короче, я там к царю, чисто по человечий», и он: «А, все, все, все».

00:06:01 И его начали обучать. Еще три месяца его обучали, как надо разговаривать, себя вести, потому что он общался и все у него, вся эта фенька там санскритская выскакивала, пракрита. И вот он к царю попадает, он попадает к царю. И царь его только увидел, и соскакивает с трона: «О, мой друг, равный мне» и бежит его, и когда его обнял, он как заплакал, он же не ожидал, столько испытаний. И тут такой, первый раз, и самое главное те даже не пустили, а он сам соскочил, сбежал и обнял его. И когда он к нему припал, он это все вспомнил, ну знаете, как к мамке, вот так в руки попал. И он так горько заплакал и стал ему навзрыд рассказывать, что он бедный. Он усадил его, кормил, поил: «Да, ну что же. Видишь, карма, жизнь», он ему объясняет. «Да ты что!». Он говорит: «Ну, я надеюсь, ты то мне поможешь». Он говорит: «Ты, что? Мой друг равный мне! Проблем нет. Как я тебя оставлю в беде? Друг! Сам погибай, а друга выручай». И он тогда, тут так думает: «Ну, все я теперь во дворце буду постоянно. Фух, слава Богу, все. Дружба».

00:07:05 И он начал дружбу прославлять. И царь: «Церемониймейстер». И церемониймейстер приходит там это, ну знаете как все эти кренделя там. И он говорит: «Назначаю своего друга, равного мне ...», и он такой, думает: «Сейчас визирем хотя бы или кем-то, друг же». И он так: «Дворцовым пастухом». Ничего себе равный, и дружба. И он такой: «И даю ему, сто баранов выдать ему, посох». И говорит: «Пойдем, мой друг, равный мне». А тот уже такой, в проблемах весь, ничего понять. А он подводит его к окну и говорит: «Вот эти поля, вот эти луга. Паси этих овец и будь счастлив».

00:08:05 И он хотел сказать: «Ах, ты, ты …». И это «пи-пи-пи-пи». «Ах, ты пи-пи-пи-пи», в фильмах, знаете там бывает, в документальных. «Ты чего, пи-пи-пи …». И вот он так: «Пи-пи-пи-пи», хотел сказать полностью: «Ты, чего пи-пи-пи-пи-пи», но поскольку его уже церемониймейстер, там стоял, учил же. Он такой раз это съел и подумал: «Ну, ладно». «Ах, ты гад», он подумал. Он ему этого не сказал, он ему это подумал все: «Пи-пи-пи-п». И такой униженный, оскорбленный, ему дали там эту и пошел он на луга. Эти овцы вонючие, он никогда овец то не пас. Представьте, вас сделать пастухом овец, что это такое. И он такой с этими овцами, его, и он.

00:09:00 И солдаты привели его, поклонились ему, как бы друг царя же. И он такой остался с этим посохом, эти овцы и он сел и стал, и критиковал его так, кости все промыл. А овцы эти там разбрелись, жрали всякую ерунду. И короче, нажрались там непонятного, не предложенного и в смысле травы какой-то и потихоньку начали болеть и помирать. И все сдохли. И у него сразу так на сердце: «Да что ж такое-то? Как бы это не мои овцы, там что-то». И он такой. И он к царю приходит, опять царь сбегает с трона: «О, мой друг, равный мне. Садись», прям на трон усадил его. «Да я тут это», он же провинившийся «Да я тут». Он говорит: «Да ничего. Что случилось то? Или не хочешь сидеть на этом то». «Да, это я тут лучше внизу посижу». «Садись на стул». «Да нет, я лучше тут». Даже это показатель чего-то интересного. Есть столько много тестов.

00:10:07 И вот. И он: «Что случилось?». Он говорит: «Да у тебя овцы какие-то не правильные нажрались чего-то и все сдохли. Я за ними так смотрел, они падлы сдохли и все. Какие-то овцы не нормальные». И царь так, нахмурился и говорит: «Ничего, ты же все-таки мой друг и равен мне». И опять: «Церемониймейстер». И этот тут опять «ить-ить-ить», там все «ить-ить-ить». «Дать моему другу, равному мне, пятьдесят баранов и другие луга». И он такой думает, раз: «Ну, хоть ладно, пятьдесят баранов», он уже думает: «Ну, хоть пятьдесят баранов, ну ладно». И он уже смотрит, что бы они не жрали, что не надо, что они не жрали там в смысле это мясо, там рыбу, ну в смысле другую траву. И он смотрит за ними, такой смотрит.

00:11:03 Ну, устал от этого контроля, это же за ними бегать надо там. Думает: «Что же это они такие тупые или не могут понять, что ли что им можно, что нельзя. Ну весь день бегал туда, сюда, а они все разбредаются, все куда-то лезут туда, куда не надо, куда-то все на другие туда луга». И он думает: «Тупее баранов, я не видел». Думает: «Я думал эти бараны они какие-то умные, а они бараны». И он такой, он столько нервов потратил за ними так смотреть, что бы они ничего не сожрали, что очень сильно устал. И он дождался, когда они, солнце село и они устали уже жрать, и уже раз и заснули. И он тоже: «Ой, слава Богу» и тоже крепко-крепко заснул. Но, ночью пришли волки и загрызли всех пятьдесят баранов. И он проснулся, море крови и все они «капут». И он думает: «Опять, сейчас я как».

00:12:01 И он опять так побрел. И царь опять: «Ва!» и только открывается, он уже такой и царь опять все равно: «Ура!», так сказать: «О, мой друг, равный мне», его обнимает, а он его уже не обнимает даже, руки такие. Он говорит: «Давай садись», он говорит: «Не-е-е-е», и упал на колени уже перед ним. Он: «Что случилось?». «Да ничего. Нормально вообще-то. За исключением того, что. У вас тут это, что такое? Мало того, что эти бараны еще глупее, чем первые. Такие тупые. Еще что такое весь лес в волках этих. Баранам даже ходить негде, волки сразу нападают. Негде ходить даже им. Все время волки нападают прямо сразу и сгрызают. Что сделаю я? Я, так сказать глаза не сомкнул, волки всех пережрали. Что, я против волков сделаю?». И он говорит: «Ну, что ж ты, мой друг, равный мне, ничего. Самое главное вера».

00:13:03 И он говорит: «Церемониймейстер». И тот опять «ить-ить-ить-ить». «Дать ему двадцать пять баранов. Давай, мой друг, равный мне, дерзай». И он пошел, смотрел как те они, куда ходят и все жрут, все за ним. Ночью не спал, там. Встал, наловчился там днем, пока они едят, немножко поспит, раз подскочит там уже они, раз побежит их обратно соберет, немножко прикорнет. И он научился, как спать, как что, как есть, ночью бдит там. Какие-то специальные места нашел, где волкам труднее. Частокол построил, собаку завел там, туда, сюда. И все и двадцать пять баранов. И бараны стали жирными, наглыми, они естественно, когда разжирели такие, то у них там отношения между собой, между баранами и овцами начались.

00:14:00 Они стали совокупляться, покупать сову они стали, частенько. И стали появляться естественно вот эти маленькие, барашки. И стадо стало расти, расти, расти, пятьдесят, сто, тысяча, десять тысяч. И он стал сдавать, этот вот, как это «джжжжж». И много денег, он стал известным, появились деньги. Он смог нанимать, этих подпасков, туда, сюда. И сам уже дом купил, уже лежит баранов тысяча пасет. «Чьи это поля?». «Это его». «Чьи это бараны?». «Его бараны». «Чьи это подпаски?». «Его подпаски». «Чьи это подпаски подпасков?». «Это его». Ну, короче: «Маркиза, маркиза, маркиза Карабаса».

00:15:06 И он так расширяется, расширяется и у него опять заводы, газеты, пароходы. И вот он к царю приходит, и уже так одет то совсем, уже нет этой, там уже на палантине, все как в прошлом, как в прошлые времена. И царь его увидел: «О-о-о-о, мой друг, равный мне!», его обнял. А он такой: «[неразборчиво], тоже мне, сделал меня пастухом. Вот так то». И он говорит: «Ну, садись». «Недавно, мой брат, удалился в Тапаван и у него не было сыновей. И осталось огромное государство. Даже еще немного больше, чем наше, и могущественней. И там нет царя. И поэтому я даю тебе это государство. Стань императором».

00:16:04 И он вообще ничего этого не ожидал, у него челюсть отвисла и он говорит: «Да ты, чего? Ты же меня пастухом сделал». Он: «Так нет, я же тебе всегда говорил, что ты мой друг и ты равен мне». Он говорит: «Тогда почему ты сразу не дал мне какое-то положение». Он говорит: «Прежде чем дать тебе положение я должен был видеть, что ты на самом деле равен мне…

транскрибирование: Евгения Ильченко | 23 апреля 2012